Посвящается Александру Добрицыну

 

И.А. ДОБРИЦЫНА

От постмодернизма к нелинейной архитектуре

 

Добрицына И.А. От постмодернизма - к нелинейной архитектуре: Архитектура в контексте современной философии и науки. - М.: Прогресс-Традиция, 2004. - 416 с.

Книга подтверждает тезис о том, что архитектурная дисциплина обладает способностью выбора и внедрения новых стратегий, в построении которых она опирается на собственную память или на заимствования из широкого культурного контекста - философии, науки, техники. Архитектура ассимилирует внешние влияния ради воспроизводства собственной сущности.

Автор исследует сложный поворот архитектурного мышления, произошедший в последней трети XX века, начавшийся с постмодернистского и деконструктивистского противостояния идеологии модернизма и подготовивший появление новой, нелинейной парадигмы.

Нелинейное (иначе - топологическое, техногенное, дигитальное) направление рассматривается как одно из перспективных: оно приводит архитектуру в согласие с современной моделью мира как «живого организма», утверждает эстетику свободной формы, развивается в тесном союзе с новейшими техниками компьютерного моделирования, оказывает сильное воздействие на парадигматический сдвиг в архитектуре начала XXI века.

Книга адресована архитекторам, искусствоведам и всем, кто интересуется современными направлениями развития культуры.

 

ОГЛАВЛЕНИЕ

ВЕДЕНИЕ 5

 

Глава 1. АРХИТЕКТУРА И ПОСТМОДЕРНИСТСКАЯ КУЛЬТУРА 13

Эра интерпретационного мышления 15

Метод деконструкции и стратегия интерпретации 29

Постмодернизм: от философии к поэтике 41

 

Глава 2. ЧЕРТЫ ПОЭТИКИ «БЕЗ ПРАВИЛ» 53

Подходы к описанию неклассической поэтики 55

Диалогическая поэтика 60

 

Глава 3. ПОСТМОДЕРНИСТСКАЯ АРХИТЕКТУРА 69

Художественный код постмодернистской архитектуры 71

Метафорическая эссеистика как основа архитектурного дискурса 89

Постмодернистская метафора: метафизика, ирония, диалог 93

 

Глава 4. ОТ ДЕКОНСТРУКТИВИЗМА К НЕЛИНЕЙНОСТИ 103

Деконструктивизм в потоке истории: «на гребне промежутка» 105

Путь к поэтике неопределенности 135

 

Глава 5. НЕЛИНЕЙНАЯ АРХИТЕКТУРА В НЕЛИНЕЙНОМ МИРЕ .159

Дух новой архитектуры 161

Понятие нелинейной системы 165

Влияние новых представлений в биологии 167

Осмысление нелинейной парадигмы в архитектуре 170

Морфология нелинейности 187

К новой целостности? 216

 

Глава 6. «НЕРАВНОВЕСНОЕ» СОСТОЯНИЕ АРХИТЕКТУРЫ

На рубеже тысячелетий 217

Архитектурное сознание конца XX столетия 219

«Школа рыбы» Джеффри Кипниса 232

Концепция «формы-движения» Грега Линна 235

Опыт работы со «становящейся» целостностью 241

Криволинейные оболочки конца 1990-х 246

Архитектурный объект как «поле» 248

 

Глава 7. «ЭЛЕКТРОННОЕ БАРОККО» 261

Феномен киберпространства 263

Архитектура в сети Интернет 265

Проблемы и концепции виртуальной архитектуры 273

«Электронное барокко» 286

К реализации виртуального опыта 295

 

Глава 8. ТЕХНОГЕННАЯ АРХИТЕКТУРА. ТЕОРИЯ И ЭКСПЕРИМЕНТ 301

Компьютерные техники и трансформация проектного процесса 303

Необходимость расширения парадигмы формообразования 315

Эволюционистская позиция в генезисе архитектурной формы 320

Ценность новейших техник моделирования формы 337

 

Глава 9. РОССИЙСКАЯ АРХИТЕКТУРА В КОНТЕКСТЕ АРХИТЕКТУРНОЙ КУЛЬТУРЫ . .341

Свобода языкотворчества в российской архитектуре 1990-х 343

Постмодернистский опыт неостилей в московской архитектуре 353

Между работой «в стилях» и интуицией новейшей эстетики 360

 

Глава 10. РЕАЛИИ АРХИТЕКТУРЫ НАЧАЛА НОВОГО ТЫСЯЧЕЛЕТИЯ 367

Кризис в отношениях архитектуры с культурным контекстом 369

Критика техногенного вектора науки и культуры 370

Формирование антропосохранной концепции в культуре 376

Идея коэволюции в культуре 377

Архитектура как способ познания мира и сотворения бытия 379

Два вызова архитектуре 380

О тенденции индивидуализации «языка» 387

Осмысленность позиции архитектора 390

 

ПРИМЕЧАНИЯ 392

УКАЗАТЕЛЬ ИМЕН 400

СПИСОК ИЛЛЮСТРАЦИЙ 405

ARCHITECTURE'S OUTLINE, 1970-2000 409

 

 

ВВЕДЕНИЕ

К моменту перелома XX-XXI веков, за период, длящийся более трех десятилетий, произошли существенные перемены в профессиональном мировоззрении архитектора. Нам представляется важным рассказать об особенностях связи архитектурного сознания с философией, наукой, новой технологией этого времени, а также об основаниях жизнестойкости архитектуры, утверждающей собственную философию архитектурной формы.

Архитектура как искусство порождения архитектурной формы - это сложная эволюционирующая система, способная в своем развитии опираться на внутренние силы. В этом она подобна органической системе, переживающей периоды стабильных состояний и периоды кризисов, нестабильности, брожения. Нестабильность мобилизует скрытые энергии архитектуры, актуализирует ее способность к специфическим соединениям с культурным контекстом - исключительно ради прорыва к новым принципам формообразования. Таким контекстом для архитектуры выступает культура в целом - все виды искусства, философия, наука, религия, техника и технология, социальные процессы, политика. Так эволюционирует язык архитектуры.

Архитектура практически всегда шла в ногу с познанием мира, являясь одной из его форм, как всякое искусство, опиралась на весь культурный контекст. Философия и наука были неотъемлемой частью мировоззренческой позиции архитектуры примерно до середины XVIII века, до той поры, пока и философия, и наука не начали интересоваться самой природой познания, что впоследствии привело к появлению неклассической философии. Современный философ Ричард Рорти пишет: «Около двухсот лет тому назад представление о том, что истина создается, а не открывается, стало завоевывать воображение Европы»1. Черты неклассической философии проявлялись и в XIX веке. Творчество Ницше принято считать водоразделом между классической и неклассической философией.

5

 

В XX веке в философии рождается множество неклассических направлений, в искусстве происходят революционные прорывы, наука ставит под сомнение устоявшиеся формулировки законов природы. Появление теории относительности, квантовой механики, волновой механики обозначило кризис аналитического подхода в науке, кризис «картезианской эпистемологии», зарождение неклассической науки. Философия науки, развитая физиком Гастоном Башляром в 30-е годы, закрепила диалектику пересмотра прошлого, своего рода «переворачивания перспективы».

Однако неклассическая наука начала и середины века не была воспринята архитектурой в момент ее созревания, она будет востребована позже, почти в самом конце века, одновременно с новой наукой. Что касается так называемой неклассической философии, то и она была усвоена архитектурой на протяжении века лишь частично. Причина - в специфической инертности архитектуры, всегда обремененной своей материальностью и необходимостью обеспечивать жизненно важные функции. В XX веке архитектура была вынуждена взаимодействовать со стремительно меняющимся культурным контекстом весьма избирательно. Так, в начале века архитекторов завораживает авангардный прорыв в живописи кубизма и футуризма, стремительный прогресс техники, в том числе строительной, увлекает ряд идей утопической политики. Совокупность этих импульсов привела к фундаментальному разрыву с эстетикой классики и надолго определила мировоззренческую сущность и эстетику архитектуры. Архитектурный модернизм - это сорокалетний период стабильности. Его эстетика отчасти впитала ницшеанские идеи - воли к власти, утверждения сверхчеловека, - отразившиеся в раскованности сверхмасштабных композиций классического модернизма, в глобализирующей идее интернациональной архитектуры. Однако и в целом, и на уровне формального языка эстетика модернизма в архитектуре весьма жестко срослась с философскими идеями, высказанными давно, в Новое время, а именно с картезианской идеей геометрической упорядоченности Вселенной. И тогда как в других видах модернистского искусства возникают внутренние течения (дадаизм, сюрреализм), архитектура долго не меняет вектора своего движения. Постепенно модернизм становится герметичной структурой, заложником бурно развивающейся строительной индустрии. Противопоставивший себя всей архитектурной классике, модернизм просто по определению не является классическим направлением. Однако, дистанцируясь от всей истории, модернизм все же удержал в себе черты классического канона - сохранил претензию на универсальность «на века», принцип следования образцу. Совершенствуя эстетику чистой геометрии, модернизм в архитектуре постепенно стал классикой XX века.

6

 

Архитектура последнего тридцатилетия XX века демонстрирует диалектику расшатывания модернистского стереотипа, усиленный поиск все новых принципов формообразования. В 1960-1970-е годы оказались востребованными идеи целой плеяды философов неклассической традиции, стали осваиваться некоторые представления неклассической науки. Так, профессиональные архитектурные инвайронменталистские концепции на Западе в 1970-е годы складывались не без влияния аналитической психологии Карла Густава Юнга, феноменологии Мирче Элиаде, экзистенциализма Отто Фридриха Больнова. Архитектора интересовали концепции глубинного подсознательного. В России практически синхронно с западными исследованиями среды развивалась парадигма «средового подхода».

Гораздо более сложным для теоретического осмысления оказался период длиною в 30 лет, прошедший на Западе под знаком постмодернистской культуры, которому и посвящена данная работа. Несмотря на то что современный российский архитектор хорошо знаком с архитектурой постмодернизма и деконструктивизма, имеет представление о новейших экспериментах нелинейной архитектуры, весь этот опыт радикальных перемен еще не пережит на глубинном уровне сознания.

Постмодернизм и деконструктивизм, на первый взгляд столь разнонаправленные течения в архитектуре, по существу выступают как различные стратегии разрушения отживающего стереотипа и одновременно как созидательные стратегии формообразования. Весьма характерно, что в конце 70-х годов для создания новой формообразующей стратегии архитектура обратилась прежде всего к собственным «энергетическим» ресурсам - к своей истории, с помощью техники коллажа сообщая образам прошлого новые импульсы жизни. Ранний архитектурный постмодернизм созревал на фоне слияния профессионального мировоззрения с идеями постнеклассической французской школы гуманитарного познания - постструктурализмом 70-х, ориентированным на семиотическое истолкование реальности, на представление о мире как о «тексте» (Жак Деррида, Мишель Фуко, Ролан Барт и др.). Постмодернистская архитектура - первая альтернатива модернизму, первая попытка уйти, совершив искусственный и тотальный поворот, от философии и эстетики чистой геометрии к историческим образцам, столь радикально отвергнутым в 20-30-е годы XX века. Одновременно в архитектуре декларируется разрыв формы и функции. Эта операция проводится на фоне придания самому архитектурному объекту статуса «текста». Тем самым архитектура освобождается от предписаний композиции. Семиотическая прививка, совершенно неорганичная для архитектуры (семиотика ведь не порождающая дисциплина, а описывающая), сопровождающаяся введени

7

 

ем аналитической процедуры в процесс создания формы, сделана ради отторжения формального стереотипа модернизма, ради методологического и лексического обновления процесса формообразования, в конечном счете ради новой образности. Задав свой вектор движения, построенный на связи с историей, архитектурный постмодернизм постепенно трансформировался, что позволило ему втянуть в свою орбиту постмодернистскую неоклассику, тесно связанную с философскими концепциями «архетипики» культуры.

Деконструктивистская архитектура, несущая в себе одновременно и разрушительный пафос, и модернистскую идею принципиальной внеисторичности, придерживалась иной формопорождающей стратегии. Ее эстетика «порушенного совершенства», «разрушительного созидания» также избавлена от власти логических композиционных построений и так же, как эстетика постмодернистской архитектуры, опирается на постструктуралистскую философскую основу (Деррида, Барт). Метод деконструкции заимствован из особого рода философских текстов - из деконструктивной литературной критики, продвинутой постнеклассическои доктрины, имевшей в 70-80-е годы прошлого века огромный резонанс в культуре. Деконструкция, как известно, бросала вызов всем видам искусства, самой философии и науке. Деконструкция вынуждает архитектора прибегать к высокоинтеллектуальной аналитической процедуре «расчленения», или «декомпозиции», деконструируемого образца, понимаемого

как «текст». В качестве такого образца выступает модернистский тип архитектуры.

Собственно постмодернистская философия 80-90-х возникла как феномен осмысления революционных изменений в культуре и искусстве. Был сформулирован ряд фундаментальных установок: философия Другого (диалог), языковые игры, постмодернистская чувствительность (понимание мира как Хаоса), нерепрезентативность (разрыв семантики и синтаксиса, смысла и формы, функции и формы). Эти установки стали обладать силой обратного воздействия на состояние мысли в архитектуре. В целом же постмодернистская философия - это прямое отражение «состояния постмодерна», понимаемого как феномен культуры позднего капитализма.

Идеи теории сложности были в значительной степени усвоены архитектурой постмодернизма и деконструктивизма. Однако поворот в профессиональном мировоззрении произошел на фоне рождения новой науки.

В нелинейной постнеклассическои науке главным стал концепт становления. Исследовательский интерес сместился с описания картин мира на описание механизма их изменения. Современная история мысли, познания, философии занята не восста

8

 

новлением непосредственной преемственности знания - это не считается главным, она «взыскует прерывности» (Фуко), реконструирует принципы, позволяющие различать типы, этапы или ступени становящегося знания.

Нелинейная логика компьютера дала возможность строить модели сложных объектов. Новая наука выяснила, что большинство объектов много сложней, чем представлялось. Постнеклассическая наука, опираясь на новую технологию, занимается сверхсложными системами, находящимися в постоянном дрейфе, в состоянии саморазвития. Каждая система - нелинейный мир. Нелинейная логика допускает и множественность картин мира. Произошел сдвиг в онтологии, так как теперь исследуется «становящееся бытие».

Ближе всех других философов к нелинейной науке оказался Жиль Делёз со своими работами «Складка. Лейбниц и барокко», «Тысячи плато». Известно, что в последних работах он уже выражал тревогу по поводу нелинейных опытов мышления, пытаясь наметить пути выхода из завораживающего, но непривычного и демонически неуютного мира нелинейности.

Радикальный жест архитектуры, реально означавший разрыв с модернистской эстетикой, - нелинейный эксперимент 90-х годов. Архитектура в конце 80-х жадно впитывала идеи теории сложности, теории хаоса, теории катастроф. Все эти новые, а с ними и все прошлые открытия неклассической науки XX века стали актуальными для архитектуры. Новая наука о форме, основанная на нелинейной фрактальной геометрии, родилась в середине 70-х годов, когда появились труды Бенуа Мандельброта.

Прорыв к новым, динамическим способам формообразования в архитектуре обеспечила компьютерная технология. Нелинейная архитектура - это попытка выйти за пределы евклидовой геометрии, построенной на рациональных формах, ограниченных гладкими поверхностями, к криволинейным поверхностям, принципиально несводимым к плоскости как таковой. В новой позиции архитектора нет идеи возврата к истории, нет идеи «переописания» модернизма. Эстетика нелинейной архитектуры 90-х в чем-то близка деконструктивистской, хотя образно тяготеет, скорее, к органической архитектуре, к гаудианскому и штейнеровскому модерну. Но если органическая архитектура перелома XIX-XX веков была рукотворна, то нелинейная архитектура 90-х возникает как бы в соавторстве с компьютером и рассчитана на высокотехнологичное воплощение.

Теоретические концепции архитектуры рубежа столетий сосредоточены на согласовании ее собственной профессиональной парадигматики с новой и активно

9

 

развивающейся сейчас междисциплинарной синергетическои научной парадигмой. Меняется подход к архитектурному объекту. Он все чаще рассматривается не как статичное образование, а как система, способная к росту и изменениям во времени. Принято считать, что архитектура «текста» уходит в историю. Архитектурное сознание движется от дискурса Жака Деррида к дискурсу Жиля Делёза. Однако семиотическая парадигма оставила след в профессиональном сознании, прочно вросла в парадигмальную конструкцию архитектуры. Постмодернистская парадигма в своей современной коммуникационной версии также укрепилась в архитектурном сознании. Без понятия Другого, без представлений о «становящейся» целостности, без понимания идеи языковых игр, например, невозможно работать с новейшими метафорами архитектуры, в частности нелинейной. Очевидно лишь то, что логика интерпретаций, враставшая в архитектуру одновременно с семиотическими методами, на переломе столетий уходит в прошлое.

Российская архитектура прирастает к культурному контексту западной архитектуры чуть более десяти лет. Высокая активность российской архитектуры, восстающей практически из небытия, четко отражает прорыв профессионального сознания в область ничем не сдерживаемой свободы формообразования. Главные интересы архитектурного истеблишмента - сохранение утонченности вкуса и стиля, работа в русле новейших тенденций западной архитектуры, создание авторских языков, удержание равновесия и престижа в сложном диалоге с заказчиком. Выработка новых принципов формообразования, требующая погружения в глубины новейших философских и научных представлений, для российского архитектора пока остается проблемой завтрашнего дня.

XXI век - это начало эры техногенной архитектуры. Нелинейные опыты середины 90-х были пробой сил в этом новом направлении. Диалог профессии с технонаукой пробуждает стихийные внутренние силы архитектуры, усиливая интенцию к отбору вариантов развития, способствующих сохранению ее стабильности.

Архитектура как система в начале третьего тысячелетия вошла в «режим с обострением». С одной стороны, идет ускоренный процесс «дигитализации» и глобализации, оцениваемый весьма противоречиво - и как фактор, заставляющий развиваться архитектурный талант, и как способ устранения из проектного процесса таких непрогнозируемых вещей, как талант и озарение. Архитектор интуитивно чувствует притягательность новой эстетики дигитальной, техногенной архитектуры с ее новой метафизичностью, иллюзорностью, иррациональностью. С другой стороны, нарастает тенденция сдерживающего начала. Осмысленное противопоставление сущност

10

 

ных оснований архитектуры всему сверхновому усиливается. Архитектура «растянута» между двумя полюсами, и, по-видимому, это растяжение достигло предельных величин.

В книге подчеркивается важность феноменологической составляющей профессионального мышления архитектора. Фундаментальный онтологический характер феноменального слоя сознания, на который опирается архитектура в своем познании мира, позволяет ей удерживать и воспроизводить себя как систему. Создание новых языковых форм, сменяющих устаревшие, - это непредсказуемое переплетение случайностей и порядка, «одновременно случайное и логичное движение вещей» (Мерло-Понти). Новая архитектурная форма, новый язык опирается на динамическое слияние, сращивание и взаимопереплетение внутреннего и внешнего, своего и Другого, логичного и случайного. Именно в этом переплетении рождается своя философия - философия архитектурной формы. Архитектор как бы изнутри участвует в артикуляции бытия. Опираясь априорно на собственные интуиции пространства и времени, он философствует на языке формы. «Телесность» как особая черта его творчества и сегодня помогает ему пребывать в конструктивном диалоге с миром.

Архитектура - познавательная деятельность и род философии. Язык этой философии есть архитектурная форма. Структура архитектурного произведения может быть рассмотрена как интуитивный феноменальный аналог картины реальности, каковой она предстает в философии современной науки, в современной космологии. Будучи особой формой познающего разума человека, архитектура призвана обнажать фундаментальные, сущностные проблемы времени, встающие перед человечеством, и более того - претворять их в собственно бытие.

Современная архитектура в ее диалоге с внешним контекстом опирается и на новую философию, постигающую «ничто», на философию «игры ума», и одновременно на прежнюю философию, продолжающую постигать «сущностное», на философию духа, традиционно объясняющую смысл жизни, позволяющую строить иллюзии, создавать мифы, отвечая жизненной потребности человека. Однако особая философия самой архитектуры, способствующая познанию мира, обращена к феноменологической интуиции самых пронзительных, опережающих форм познания. Архитектура строит свой миф о Вселенной, и, по-видимому, сила современной нам философской позиции зодчего - в овладении техногенным мифом и укреплении мифа антропосохранного.

Если постулировать архитектуру как «живую», жизнеспособную и эволюционирующую, а значит, и самоорганизующуюся систему, то всякое усвоение внешнего по

11

 

отношению к ней контекста может происходить тем более успешно, чем устойчивей окажутся сущностные основы самой архитектуры. Устойчивость архитектуры в ускоряющемся техногенном мире, ее способность воспроизводить саму себя как систему заключена в опоре на собственную историческую память. Архитектура всегда занята не только порождением форм среды обитания человека, но и самим человеком как биофеноменом, социофеноменом, носителем разума.

12

 

Architecture's outline, 1970-2000

On the brink of the 20th and 21st centuries, for the period that had been lasting for more than thirty years, important changes took place in the professional outlook of an architect. We are to face the necessity to consider specific relations between architectural awareness and philosophy, science, new technologies of the time, to overview the basis of the viability of architecture, maintaining its own philosophy as the philosophy of architectural form.

Architectural creative activity as the development of the architectural form is a complex evolutionary system, which is able to be self supportive in its development. And thus it is similar to organic formation, that passes through the periods of stability and instability, crises. Instability opens hidden energies of architecture, activates its ability to establish specific connections with cultural context -just for the purpose of breaking through to new principles of formative processes. By such context we mean culture as a whole - art, philosophy, science, religion, technologies, social processes, politics. Through this the language of architecture evolves.

This book is based on a new approach to the description of the dynamics of architectural thinking. Last thirty years in architecture, approximately from 1970s to 2000s are considered as a period of instability. Attempt is made to look at architecture of this period as a type of self-organizing evolving system, striving for Order, producing different "risk strategies", using different areas of knowledge.

Architecture almost always goes hand in hand with cognition, being supported by cultural environment, and as any other form of art is one of the ways of cognition. Philosophy and science were integrative parts of architectural outlook approximately till the middle of the 18th century, until philosophy and science started to consider the very essence of cognition, which later led to the development of non-classical philosophy. Richard Rorty, an American philosopher, stated that already two hundred years ago  the notion that the truth is created and not discovered started to conquer the imagination in Europe. Some traits of non-classical philosophy were observed in the 19th century. Nietzsche's studies are considered a borderline between classical and non-classical philosophy.

As we know, the 20th century is the epoch of many radical discoveries and changes. Philosophy observes the development of many non-classical trends, art passes through revolutionary break-throughs, science doubts adopted rules of nature. By the 20s - 30s of the 20th century, with the appearance of the theory of relativity, quantum mechanics, wave mechanics, we can observe the crisis of analytical approach to science, the crisis of the "Cartesian episthemology", and non-classical science engenders. The 30s are marked by the creation of the philosophy of science, developed by physician Gaston Bachelard, which adopts the dialectics of reconsideration of the past, something like "turning over the perspective".

However the non-classical tendencies in science of the beginning and the middle of the century was not adopted by architecture during the time of its ripening, it was demanded later, almost at the very end of the 20th century at the same time with confirmation of the New Science. As far as the non-classical philosophy is concerned, it was adopted by architecture only partially. The reason is clear - it lies in the specific inertness of architecture, bearing the load of materiality and the necessity to provide for life vital functions. Really, in the 20th century architecture had to interact with the swiftly changing cultural context rather selectively. Thus, at the beginning of the century architecture is hypnotized by the vanguard trends in cubism and futurism, swift technical progress and is drawn by some ideas of Utopia politics. The complex of these impulses led to fundamental breaking off with the esthetics of classics and determined the essence of the outlook and esthetics of architecture for a long time.

Architectural Modernism, as we know, is considered to be a forty year period of stability. Its esthetics partly integrated Nietzschean ideas of "will to power" and of "confirmation of a superman", which were reflected in the liberty of large scale compositions of classical modernism, in globalizing idea of international architecture. However on the level of formal language, the aesthetics of modernism in architecture is tightly merged with philosophical ideas of the New times, i. e. "Cartesian idea", and geometrical order of Universe.

While in other fields art of Modernism there appear internal trends (dadaism, surrealism) architecture does not change its vector. Gradually modernism becomes a hermetic structure, the hostage of a swiftly developing building industry. Modernism being in opposition to the architectural classics, is a non-classical trend by definition. However, secluding itself from history, Modernism managed to keep some characteristics of the classical canon: it kept the pretence of universality "for ages", the principle of following the "example". Mastering the aesthetic of pure geometry, modernism in architecture gradually has transformed into the classics of the twentieth century.

The architectural thinking of the last thirty years, aimed at the search of innovations, demonstrated the dialectics of impairing of modernistic stereotype, the intensive search of new principles of formative processes. That, of course, does not mean that Modernism is coming off the stage. And tendencies of High-tech, Late modernism, Neo-Minimalism are still very strong.

In the period of the search of the way out of the reign of the uniform modernistic aesthetics in 1960-1970s architecture in its aspiration to novelty in formative processes turned to modern philosophy and science. Ideas of quite a few philosophers of nonclassical traditions turned out to be in high demand, as well as some notions of nonclassical science. For example professional architectural environmental concepts of 1970s in the West were developed not without the influence of analytical psychology of Karl Gustav Yung, of phenomenology of Mircha Eliade, of existentialism of Otto Friedrich Bolnow. At some specific moment of time architecture became interested in philosophical conceptions of deep unconsciousness. It is interesting to mention that practically at the same time with the Western research of with environment there was developing the paradigm of "environmental approach" in Russia.

The 30 year period of the development of architectural thinking in question that in the West was defined by post modernistic culture is rather difficult for theoretical comprehension. Post-Modernism and Deconstructivism that are at first sight so far apart directed trends essentially are different strategies of destruction of outlived stereotype of Modernism and at the same time are not without the pathos of constructive strategy of formative processes.

It is characteristic that at the end of the 70s architecture addressed to its own "energetic" resources for the development of the new strategy - its history. Using the technique of collage it gave objects of the past new life impulses. However semiotics with its taste of novelty was also necessary. Thus, the early architectural Post-Modernism was ripening on the ideas of post-non-classical French school of umanitarian cognition - which was oriented to the idea of the world as a "text" (Jacques Derrida, Roland Barthes, Michel Foucault).

Post-Modernistic architecture is the first alternative to Modernism, the first attempt to depart from the philosophy and aesthetics of pure geometry with the help of artificial and total turn to historical objects, that were radically rejected in the 20-30s of the 20th century. Simultaneously it is declared in architecture the separation between the form and function. An architectural object receives the status of the "text". Thus architecture is set free from logical compositional rules. Semiotic "inoculation", which is absolutely not inherent to architecture (because semiotics is not a creative it is a describing discipline), was made to tear away the formal stereotype of Modernism, for the purposes of methodological and lexical renewal of the formative processes and finally for the purpose of new image-bearing. After setting its vector of development that was connected with history the architectural Post-Modernism has started gradually to alter and that made it possible to attract other trends - neo-classics and neo-rationalism. Deconstructive architecture bearing at one and the same time the pathos of destruction, and modernistic out-history idea, stuck to a different strategies of formative processes. Its aesthetics of "destructed perfection" is also free from the logical compositional rules and is supported by post-structural philosophical basis. Deconstruction method is taken from new literary criticism, which had great cultural influence in the 70-80ies of the previous century. Deconstruction as we know, challenged all the types of art, philosophy and science. Deconstruction forced an architect to use highly intellectual procedure of "decomposition" of the object, considered as "text".

Post-Modernistic philosophy itself (1980-1990) that appeared as a reflection on the Post-Modernistic phenomena in culture and art, set forth some fundamental principles that have now deeply penetrated into architectural thinking. The following are the main ones - "philosophy of the Other", (or dialogue tactics); methodological directive on "language play", the idea of "Post-Modernistic sensitivity". On the whole Post-Modernistic philosophy is a direct reflection of "post modern condition", which is considered as a phenomenon of late capitalism.

The turn in professional thinking took place with the development of the New Science. The Non-linear experiment of the 1990ies can be considered as a radical step of architecture, meaning the divorce with the modernistic aesthetics. New as well as old discoveries of non-classical science of the 20th century became vital for architecture. New Science of form, based on the non-linear fractal geometry has started to be implemented in the middle of the 70s, with the appearance of works of the French athematician Benoit Mandelbroth, who introduced the term "fractal". The break through in the new formative processes was provided by computer technologies. Non-linear architecture is an attempt to come out of the framework of geometry of Euclid, based on the rational forms, bounded by smooth surfaces. It is an attempt to work with curvilinear surfaces. In this new attitude of an architect there is no place for the return to history and no place for "re-description" of Modernism.

The aesthetics of Non-linear architecture is close to the aesthetics of deconstruction, though it gravitates towards to organic architecture. Non-linear architecture appearing in co-authorship with computer depends on highly technological realization. Theoretical conceptions of architecture of the borderline of the centuries are concentrated on coordination of new and actively developing at present interdisciplinary scientific paradigm. The approach to the architectural object is changing. It is more often

is considered as a system capable to growth and changes and not like a static object. It is customary to consider that architecture of "text" is becoming history. The architectural thinking is moving from the discourse of Jacques Derrida to the discourse of Gilles Deleuze. However, some of the notions of semiotics have been strongly integrated into the paradigmal construction of architecture. Postmodernism, in its modern communicative version has also consolidated in the architectural consciousness. It is impossible now to work with the newest metaphors of architecture, without the notion of the Other, without the understanding of "integrity in development". It is obvious that the logic of interpretation that was integrating into architecture together with the semiotic methods is going into oblivion.

The last thirty years of the 20th century are characterized by the turn from the architecture of the "text" to the formation of the Non-linear architecture. The architectural search is directed on the adoption of ideas of the new non-linear science (physics, mathematics, gene engineering, topological geometry). The sphere of architectural search has also changed, computer technologies are used differently - they are not the instrument of creating masterly images, but the means of principally new type of formative processes. Special influence on the change of the architectural theoretical paradigm was made and still continue making by the ideas of Science of complexity, the ideas of the transition of Chaos into Order, theory of Catastrophe.

The 21st century - is the beginning of era of the technogenic architecture. Non-linear experiments that evolved in the mid-90s were the trial of strength in this direction. The dialogue of profession with science and technology arises the internal forces of architecture, strengthening its intention of choosing the variants of development, helping to preserve architecture as a system.

Rambler's Top100
Hosted by uCoz